Valentino

Два митрополита, что общего

Итак, один возмущается "Щелкунчиком". Оккультная постановка, угроза скрепам, все дела. О сюжете он, правда, говорит так, что вспоминаешь "Буратинку" Пушного и Хатного. Погуглите.

Второй... Второй не может написать свое имя без ошибок. Потому как в русском языке нет "юса", если он есть, то это славянский. Но в славянском перед последней гласной должна быть "и десятичная" - I. А "юса" там быть не может все равно. Должно быть написано "ВАРСОНОФIА". Но в семинариях учат, по моему опыту, больше любить славянский язык, чем знать его. http://diak-kuraev.livejournal.com/1456054.html

В общем, что общего? Культурный уровень. Вот что. И эти люди хотят владеть собором?

С ужасом вспоминаю лубочные рисованные узоры на стенах Троице-Сергиевой Лавры или замененные новоделом веерхние ярусы иконостаса нашего Знаменского собора. Нет! Пусть служат, хоть каждый день, это храм, в конце концов. Но всякий там ремонт-реставрацию только через ЮНЕСКО, а то они наремонтируют, пожалуй...
Valentino

Морская корона. Глава 13. Форт Тарон. Ч.2

Форт Тарон во всем стремился походить на Кори. Правда, если порт еще держался на уровне столицы, то улочки города были все лишь дешевой подделкой. Если, конечно, можно считать дешевыми дома из камня, чистенькие мостовые и фонари на каждом перекрестке. Вот только мрамор и золотые крыши были здесь только на берегу, в домах богатых горожан. Остальные обходились обычным камнем и покрашенной под золото черепицей. Чем дальше они уходили от берега, тем проще становились дома. Шикарные навесы сменились тряпками, кое-как натянутыми на деревянные каркасы. Лавки под ними больше не ломились от роскошных товаров, достойных столицы. Фрукты здесь были только местные, разных оттенков синего. Едва уловимо сменился аромат свежего хлеба. Хуже всего был запах местных животных, резкий, едкий и мало напоминавший говядину, свинину, да и что угодно еще. Его можно было бы назвать и тошнотворным, если бы не аромат специй, смягчавший его. На мясо местных животных их сыпали огромное количество, и ели его только с молоком или творогом. Иначе можно было отравиться. Местные, правда, уже привыкли к нему, но в город постоянно приезжали бедняки из далеких провинций, чтобы наняться на верфи или валить лес. Их-то и кормили мясом местных животных, которое на Острове считали страшной отравой и смертельной гадостью. Read more...Collapse )
Valentino

Морская корона. Глава 13. Форт Тарон. Ч.1

Утро восьмого дня не отличалось от прошлых шести лишь одним. Оно было таким же безумным. Нэсса то плакала, отвернувшись к стене, то молча сидела у окна, не отвечая ни на один вопрос, слово и не слыша ничего. Или принималась ходить кругами, все быстрее и быстрее, а потом замирала и стояла, как живое надгробие на старом кладбище тесков и ее темно-зеленое платье было подобно мху. И кожа казалось бледной, как у трупа. Потом она начинала оглядываться, словно не понимая, где она и зачем. Рыскала взглядом по стенам, ища что-то… Что? А вот вчера... Вчера она сидела за столом, держа в одной руке яблоко, а в другой – нож. Сидела, и смотрела на них в молчании, переводя взгляд с одного на другое.Read more...Collapse )
Valentino

О Грозном и Петре I

В чем там разница? Миф другой. Петр это такой "прогрессор", "европеец". Он шел на жестокости, чтобы сделать лучше и совершеннее. Тут он похож на сталинистский миф о Сталине. Но Грозный что-то делал не для "светлого будущего", а чтобы все осталось, как есть. И лично он сидел на троне и царская власть была нерушимой, какой бы "Нерон досточудный" ни занял его место. Миф о Грозном это про то, что царь имеет право на кровь не ради чего-то, а просто чтобы сохранить власть.

От Петра остался флот, осталась армия (одна из лучших в мире), остался новы тип города, архитектуры, образования. Все это начиналось до него и было бы без него, но могло бы длиться не 20 лет, а все 200. Хотя он и так не понял главного в устройстве Европы и самого главного не сделал. Ведь прогресс и капитализм были основаны на огромном числе лично свободных людей, не встроенных в "три сословия", которые становятся либо буржуазией, либо пролетариатом. Петр не отменил и не ослабил крепостничество, его преемники укрепили перегородки между сословиями. Потому прогресс у нас приходилось разгонять искусственно, на "ручном управлении". Но Петр просто не получил гуманитарного образования... Но сделал очень много.

Что осталось от Грозного? От позднего Грозного, времен опричнины и ливонской войны? Разоренная, разрушенная страна с убитой экономикой, уничтоженной армией, без выходов к Балтике (до войны они были, хоть и ограниченные), с расколотой элитой. Потому что чем больше правитель убивает людей, тем больше людей его ненавидит. То есть, спасая свою власть "здесь и сейчас" он закладывает под страну взрывчатку, которая рванет, когда его власть ослабнет или после его смерти. Так Сталин спас свой режим в 37-м и после войны, но развалил СССР в 80-е. Потому что живы были те, кто помнил. И их родственники, и друзья. И скрытая ненависть к режиму прорвалась наружу и как открытый протест образованных людей и как национальные движения. То же самое и с опричниной. Когда дошло до того, что хоть бы и поляки, лишь бы не эти.

"Укрепленное" Грозным и Годуновым государство рухнуло за неделю. А могло и в конце ливонской войны рухнуть, если бы Сейм дал денег Стефану Батория. Так и СССР мог рухнуть в 41-м, если бы вместо Гитлера с нацистами пришел банальный Гогенцоллерн. Потому что террор не спасает от измены, а порождает ее.
Valentino

Почему не запрещен Макиавелли...

Макиавелли написал о нас все.

Коротко. Когда свергается тирания, народ внутренне не готов к свободе, если он жил при тирании достаточно долго и был "развращен". Народ не ценит свободу. Для него это строй, при котором никто не мешает владеть своим имуществом и не угрожает жизни и чести людей (вот почему 90-е таки были ужасными, а реформаторы сделали самую опасную ошибку). Если монарх дает людям то и другое, то они охотно отказываются от свободы. Свобода выборов же интересна, в первую очередь, тем, кто хочет быть избранными. Зато тиран может опираться на тех, кто лишился власти, когда возникла республика. На, грубо говоря, "бывших". Это уже про "нулевые".

Вывод. Если вы хотите устроить надежную республику без тирании, то нужны даже не люстрации, а проскрипции. "Убить сыновей Брута и Тарквиниев".

Что я думаю? Если "Размышление о первой декаде Тита Ливия" не запретили, как экстремистскую литературу, то только потому, что ее не читали даже наши "политологи", не говоря о "политиках".